Газеты
Письма читателей

Размышления об информации (несколько слов о С.П. Королёве к его 110-летию)

6 октября 2017
Намедни, пробираясь в Сети по следам Лаврентия Павловича Берии, обнаружил уникальную информацию о другом «Палыче» - Королёве, опирающуюся на реальный документ: журнал посещений кабинета Сталина.

Как известно, Королёва осудили на 8 лет Колымы в сентябре 1938-го, после чего он, якобы, первые 2 месяца отбывал в Новочеркасске в пересыльной тюрьме, потом был этапирован на Колыму, где пробыл до конца 39-го.   И сразу возникает резонный вопрос: а что, в 38-м в Москве и Подмосковье уже свободных нар в тюрьмах не нашлось? Тогда зачем его надо было везти за 1000 вёрст от Москвы в противоположную от Колымы сторону? Или там была «всесоюзная пересылка»? Почему-то никто об этом ни разу не задумался. И ещё: «каноническая» официально-тенденциозная биография Королёва опубликована только после его смерти.  Кто её писал и на чём основывался - бог весть - Сергей Палыч ни подтвердить, ни опровергнуть это уже не мог. 

Тем не менее, 15-го октября 1938-го «осуждённый Королёв», если верить журналу посещений кабинета Сталина, в 22.15 вошёл в кабинет Сталина(!) и был там до 23.40! В 21.50 туда пришёл Ворошилов и пробыл там до 1.50. (Как и почему «осуждённый Королёв» попал к Сталину, и о чём они разговаривали, можно только гадать, но уж, наверное, не «соображали на троих», пока Ворошилов не «выпал в осадок»!)

А 29 января 39-го Королёв проводит испытания «линейки» из трёх своих крылатых(!) ракет с ТРД (пороховыми двигателями) в присутствии Лаврентия Павловича Берии и руководства Северного флота. 

Одна из них, класса «земля - земля», была рекомендована к запуску в серию и принятию на вооружение! (Были ли выполнены эти рекомендации, сведений я не нашёл - возможно, они до сих пор закрыты. Или, возможно, после массового производства «Катюш» в серию она так и не пошла.)

В том же году 3-го апреля  он вместе с  Берией был 35 минут в кабинете Сталина, очевидно, знакомя его с перспективным планом развития ракетного оружия. На следующий день Сталин сам вызвал к себе Королёва, который больше часа отвечал на его вопросы. 

Роль же Л.П. Берии в становлении советского «тяжёлого» ракетостроения ещё ждёт своих исследователей.

После Королёв пребывал в «туполевской» шарашке, работая над реактивным ускорителем для пикирующего бомбардировщика Пе-2Р, параллельно конструируя авиационный ЖРД (жидкостный реактивный двигатель). 

И уже 28 февраля 40-го на подмосковном аэродроме лётчик-испытатель В.Д. Фёдоров выполнил первый полёт на  ракетоплане РП-318 конструкции Королёва, построенном на основе  его же планера СК-9 с работающим ЖРД.

Поэтому с марта 39-го по январь 40-го он на Колыме просто физически находиться не мог! Либо он там работал не кайлом, а исключительно за кульманом. Но всё равно непонятно: откуда бы на прииске Мальдяк возникла производственная база для авиастроения? А РП-318 потом везли в Подмосковье на испытания? Что явно, из области фантастики или просто бред!

В 44-м по личному указанию Сталина Королёв досрочно освобождён, а в 45-м награждён орденом «Знак Почёта» и медалью «За доблестный труд во время ВОВ».

В 45-м, будучи в командировке в Германии, по его «наводке» людям начальника СМЕРШа Абакумова удалось из-под носа американцев «увести» 2 готовых к запуску ФАУ-2. Одну из них, без боеголовки, в присутствии союзников демонстративно запустили, вторую, будущий прообраз королёвского «первенца» Р-1, отправили в Союз.

14 и 19 апреля 46-го прошло два совещания, а 13 мая вышло Постановление СМ «О вопросах реактивного вооружения» (под грифом «совершенно секретно», особая папка); в начале 47-го при СМ создаётся Специальный комитет по реактивной технике,  по образу и подобию «ядерного» Спецкомитета, главой которого стал Маленков, но его скоро сменил Д.Ф. Устинов.  9 августа 47-го Королёв стал главным конструктором  ОКБ-1 - головного КБ Спецкомитета. 

Интересно, что Королёв уже в 48-м пригласил к себе в ОКБ специалиста по компоновке кабин самолётов - инженера А.В. Афанасьева из КБ Яковлева для проработки проекта пилотируемого корабля!

С 56-го начался расцвет советского ракетостроения, а через год - и космонавтики. Существует апокрифическая информация, что за первый спутник Королёва С.П., Глушко В.П. и Исаева А.М. выдвигали на Нобелевскую премию по физике. Но «дарагой Никита Сергеич» и сам был не прочь её получить,  однако, «четвёртый был лишним»; поэтому, когда Нобелевский Комитет, наученный горьким опытом с премией Пастернаку, попросил руководство СССР гарантировать получение премии этой тройкой,   Никита не нашёл ничего лучшего, как дать всем по Ленинской премии, зная, что это, согласно правилам Нобелевского Комитета, автоматически снимает соискателей «с дистанции». Правда, Королёв получил за спутник ещё и Орден Ленина, а Хрущёв повесил себе вторую Звезду Героя Социалистического Труда.   

Но длился расцвет советской космонавтики только до 66-го -  смерти Королёва, а поскольку Дмитрий Фёдорович Устинов был далеко не Лаврентий Павлович Берия, а В.П. Глушко - не С.П. Королёв, советские космонавты на Луне так и не побывали... 

Александр Олешкевич.